Поэма
1
В глухих
Судьбинах,
В земных
Глубинах,
В веках,
В народах,
В сплошных
Синеродах
Небес
― Да пребудет
Весть: ―
«Христос
Воскрес!»
Есть.
Было.
Будет.
2
Перегорающее страдание
Сиянием
Омолнило
Лик,
Как алмаз, ―
― Когда что-то,
Блеснувши неимоверно,
Преисполнило этого человека,
Простирающего длани
От века и до века ―
За нас;
― Когда что-то
Зареяло
Из вне-времени,
Пронизывая Его от темени
До пяты…
И провеяло
В ухо
Вострубленной
Бурею Духа: ―
― «Сын,
Возлюбленный ―
Ты!»
Зарея
Огромными зорями,
В небе
Прорезалась Назарея…
Жребий ―
Был брошен.
3
Толпы народа
На Иордане
Увидели явственно: два
Крыла.
Сиянием
Преисполнились
Длани
Этого человека…
И перегорающим страданием
Века
Омолнилась
Голова.
И по толпам
Народа
Желтым
Маревом,
Как заревом,
Запрядала разорванная мгла, ―
Над, как дым,
Сквозною головою
Веющею
Верою
Кропя Его слова, ―
Из лазоревой окрестности,
В зеленеющие
Местности
Опускалось что-то световою
Атмосферою…
Прорезывался луч
В Новозаветные лета…
И помавая кровавыми главами
Туч,
Назарея
Прорезывалась славами
Света.
4
После Он простер
Мертвеющие, посинелые от муки
Руки
И взор ―
В пустые
Тверди…
Руки
Повисли,
Как жерди,
В густые
Мраки…
Измученное, перекрученное
Тело
Висело
Без мысли.
Кровавились
Знаки,
Как красные раны,
На изодранных ладонях
Полутрупа.
Глаз остеклелою впадиною
Уставился пусто
И тупо
В туманы
И мраки,
Нависшие густо.
А воины в бронях,
Поблескивая шлемами,
Проходили под перекладиною.
5
Голова
Окровавленного,
Лохматого
Разбойника,
Распятого ―
― Как и Он ―
Хохотом
Насмешливо приветствовала: ―
«Господи,
Приемли
Новоявленного
Сына Твоего!»
И тяжелым грохотом
Ответствовали
Земли.
6
В опрокинутое мировое дно,
Где не было никакого солнца, которое
На Иордани
Слетело,
Низринутое
В это тело
Перстное и преисполненное бремени ―
Какое-то ужасное Оно,
С мотающимися перепутанными волосами,
Угасая
И простирая рваные
Израненные
Длани, ―
В девятый час
Хрипло крикнуло из темени
На нас: ―
«Или… Сафахвани!»
7
Деревянное тело
С темными пятнами впадин
Провалившихся странно
Глаз
Деревенеющего Лика, ―
Проволокли, ―
Точно желтую палку,
Забинтованную
В шелестящие пелены ―
Проволокли
В ей уготованные
Глубины.
Без слов
И без веры
В воскресение…
Проволокли
В пещеры ―
В тусклом освещении
Красных факелов.
8
От огромной скорби
Господней
Упадали удары
Из преисподней ―
В тяжелый,
Старый
Шар.
Обрушились суши
И горы,
Изгорбились
Бурей озера…
И изгорбились долы…
Разламывались холмы…
А души ―
Душа за душою ―
Валились в глухие тьмы.
Проступали в туманы
Неясные
Пасти
Чудовищной глубины…
Обнажались
Обманы
И ужасные
Страсти
Выбежавшего на белый свет
Сатаны.
В землетрясениях и пожарах
Разрывались
Старые шары
Планет.
9
По огромной,
По темной
Вселенной,
Шатаясь,
Таскался мир,
Облекаясь,
Как в саван тленный,
В разлагающийся эфир.
Было видно, как два вампира,
С гримасою красных губ,
Волокли по дорогам мира
Забинтованный труп.
10
Нам желтея,
В нас без мысли
Подымаясь, как вопрос, ―
Эти проткнутые ребра,
Перекрученные руки,
Препоясанные чресла ―
В девятнадцатом столетии провисли:
― «Господи,
И это
Был ―
Христос?»
Но это ―
Воскресло…
11
Снова там ―
Терновые
Венцы.
Снова нам ―
Провисли
Мертвецы
Под двумя столбами с перекладиною.
Хриплыми глухими голосами,
Перепутанными волосами,
Остеклелой впадиною
Глаз ―
Угрожая, мертвенные
Мысли
Остро, грозно, мертвенно
Прорезываются в нас.
12
Разбойники
И насильники ―
Мы.
Мы над телом Покойника
Посыпаем пеплом власы
И погашаем
Светильники.
В прежней бездне
Безверия
Мы, ―
Не понимая,
Что именно в эти дни и часы ―
Совершается
Мировая
Мистерия…
13
Мы забыли: ―
Из темных
Расколов
В пещеру, где труп лежал,
С раскаленных,
Огромных
Престолов
Преисподний пламень
Бежал.
Отбросило старый камень;
Сорваны пелены:
Тело,
От почвы оторванное,
Слетело
Сквозь землю
В разъятые глубины.
14
Труп из вне-времени
Лазурей
Пронизанный от темени
До пяты,
Бурей
Вострубленной
Вытянулся от земли до эфира…
И грянуло в ухо
Мира:
― «Сын,
Возлюбленный ―
Ты!»
Пресуществленные божественно
Пелены,
Как порфира,
Расширенная без меры,
Пронизывали мировое пространство,
Выструиваясь из земли.
Пресуществленное невещественно
Тело ―
В пространство
Развеяло атмосферы,
Которые сияюще протекли.
Из пустыни
Вне-времени
Преисполнилось светами
Мировое дно, ―
Как оно ―
Тело
Солнечного Человека,
Сияющее новозаветными летами
И ставшее отныне
И до века ―
Телом земли.
Вспыхнула Вселенной
Голова,
И нетленно
Простертые длани
От Запада до Востока, ―
Как два
Крыла
Орла,
Сияющие издалека.
15
Страна моя
Есть
Могила,
Простершая
Бледный
Крест, ―
В суровые своды
Неба,
И
В неизвестности
Мест.
Обвили убогие
Местности
Бедный,
Убогий Крест ―
В сухие,
Строгие
Колосья хлеба,
Вытарчивающие окрест.
Святое,
Пустое
Место, ―
В святыне
Твои сыны!
Россия,
Ты ныне
Невеста…
Приемли
Весть
Весны…
Земли,
Прордейте
Цветами
И прозеленейте
Березами:
Есть ―
Воскресение…
С нами ―
Спасение…
Исходит огромными розами
Прорастающий Крест!
16
Железнодорожная
Линия…
Красные, зеленые, синие
Огоньки,
И взлетающие
Стрелки, ―
Все, все, все
Сулит
Невозможное…
Твердят
Голосящие
Вдали паровики,
Убегающие
По линии:
«Да здравствует третий
Интернационал».
Мелкий
Дождичек стрекочет
И твердит:
«Третий
Интернационал».
Выкидывает телеграфная лента:
«Интернационал»…
Железнодорожная
Линия,
Убегающая в сети
Туманов ―
Голосит свистками распропагандированного
Паровика,
Про невозможное.
И раскидывает свои блески ―
За ветвями зеленеющего тополя…
Раздаются сухие трески
Револьверных переливов.
17
А из пушечного гула
Сутуло
Просунулась спина
Очкастого, расслабленного
Интеллигента.
Видна, ―
Мохнатая голова,
Произносящая
Негодующие
Слова
О значении
Константинополя
И проливов, ―
В дующие
Пространства
И в сухие трески
Револьверных взрывов…
На мгновение
Водворяется странная
Тишина, ―
В которую произносятся слова
Расслабленного
Интеллигента.
18
Браунинг
Красным хохотом
Разрывается в воздух, ―
Тело окровавленного
Железнодорожника
Падает под грохотом.
Подымают его
Два безбожника
Под забором…
На кого-то напали…
На крик и на слезы ―
Ответствуют паровозы,
Да хором
Поют о братстве народов…
Знамена ответствуют
Лепетом.
И воробьи с пригородных огородов
Приветствуют
Щебетом ―
Падающих покойников.
19
Обороняясь от кого-то,
Заваливает дровами ворота
Весь домовый комитет.
Под железными воротами ―
Кто-то…
Злая, лающая тьма
Прилегла ―
Нападает
Пулеметами
На дома, ―
И на членов домового комитета.
Обнимает
Странными туманами
Тела, ―
Злая, лающая тьма
Нападает
Из вне-времени ―
Пулеметами…
20
Из раздробленного
Темени
С переломленной
Руки ―
Хлещут красными
Фонтанами
Ручьи…
И какое-то ужасное Оно
С мотающимися перекрученными
Руками
И неясными
Пятнами впадин
Глаз ―
Стремительно
Проволокли ―
Точно желтую забинтованную
Палку, ―
Под ослепительный
Алмаз
Стоящего вдали
Автомобиля.
21
Это жалкое, желтое тело
Пятнами впадин
Глаз, ―
Провисая между двух перекладин,
Из тьмы
Вперяется
В нас.
Это жалкое, желтое тело
Проволакиваем:
Мы ―
― В себя: ―
Во тьмы
И в пещеры
Безверия, ―
Не понимая,
Что эта мистерия
Совершается нами ―
― в нас.
Наше жалкое, желтое тело
Пятнами впадин
Глаз, ―
Провисая меж двух перекладин
Из тьмы
Вперяется
В нас.
22
А весть
Прогремела Осанной.
Есть
Странный
Пламень
В пещере безверия, ―
Когда озаряется
Мгла
И от нас
Отваливаются
Тела, ―
Как падающий камень.
23
Россия,
Страна моя ―
Ты ― та самая,
Облеченная солнцем Жена,
К которой
Возносятся
Взоры…
Вижу явственно я:
Россия,
Моя, ―
Богоносица,
Побеждающая Змия…
Народы,
Населяющие Тебя,
Из дыма
Простерли
Длани
В Твои пространства, ―
Преисполненные пения
И огня,
Слетающего Серафима.
И что-то в горле
У меня
Сжимается от умиления.
24
Я знаю: огромная атмосфера
Сиянием
Опускается
На каждого из нас, ―
Перегорающим страданием
Века
Омолнится
Голова
Каждого человека.
И Слово,
Стоящее ныне
По середине
Сердца,
Бурями вострубленной
Весны,
Простерло
Гласящие глубины
Из огненного горла:
― «Сыны
Возлюбленные, ―
Христос Воскрес!»
1
В глухих
Судьбинах,
В земных
Глубинах,
В веках,
В народах,
В сплошных
Синеродах
Небес
― Да пребудет
Весть: ―
«Христос
Воскрес!»
Есть.
Было.
Будет.
2
Перегорающее страдание
Сиянием
Омолнило
Лик,
Как алмаз, ―
― Когда что-то,
Блеснувши неимоверно,
Преисполнило этого человека,
Простирающего длани
От века и до века ―
За нас;
― Когда что-то
Зареяло
Из вне-времени,
Пронизывая Его от темени
До пяты…
И провеяло
В ухо
Вострубленной
Бурею Духа: ―
― «Сын,
Возлюбленный ―
Ты!»
Зарея
Огромными зорями,
В небе
Прорезалась Назарея…
Жребий ―
Был брошен.
3
Толпы народа
На Иордане
Увидели явственно: два
Крыла.
Сиянием
Преисполнились
Длани
Этого человека…
И перегорающим страданием
Века
Омолнилась
Голова.
И по толпам
Народа
Желтым
Маревом,
Как заревом,
Запрядала разорванная мгла, ―
Над, как дым,
Сквозною головою
Веющею
Верою
Кропя Его слова, ―
Из лазоревой окрестности,
В зеленеющие
Местности
Опускалось что-то световою
Атмосферою…
Прорезывался луч
В Новозаветные лета…
И помавая кровавыми главами
Туч,
Назарея
Прорезывалась славами
Света.
4
После Он простер
Мертвеющие, посинелые от муки
Руки
И взор ―
В пустые
Тверди…
Руки
Повисли,
Как жерди,
В густые
Мраки…
Измученное, перекрученное
Тело
Висело
Без мысли.
Кровавились
Знаки,
Как красные раны,
На изодранных ладонях
Полутрупа.
Глаз остеклелою впадиною
Уставился пусто
И тупо
В туманы
И мраки,
Нависшие густо.
А воины в бронях,
Поблескивая шлемами,
Проходили под перекладиною.
5
Голова
Окровавленного,
Лохматого
Разбойника,
Распятого ―
― Как и Он ―
Хохотом
Насмешливо приветствовала: ―
«Господи,
Приемли
Новоявленного
Сына Твоего!»
И тяжелым грохотом
Ответствовали
Земли.
6
В опрокинутое мировое дно,
Где не было никакого солнца, которое
На Иордани
Слетело,
Низринутое
В это тело
Перстное и преисполненное бремени ―
Какое-то ужасное Оно,
С мотающимися перепутанными волосами,
Угасая
И простирая рваные
Израненные
Длани, ―
В девятый час
Хрипло крикнуло из темени
На нас: ―
«Или… Сафахвани!»
7
Деревянное тело
С темными пятнами впадин
Провалившихся странно
Глаз
Деревенеющего Лика, ―
Проволокли, ―
Точно желтую палку,
Забинтованную
В шелестящие пелены ―
Проволокли
В ей уготованные
Глубины.
Без слов
И без веры
В воскресение…
Проволокли
В пещеры ―
В тусклом освещении
Красных факелов.
8
От огромной скорби
Господней
Упадали удары
Из преисподней ―
В тяжелый,
Старый
Шар.
Обрушились суши
И горы,
Изгорбились
Бурей озера…
И изгорбились долы…
Разламывались холмы…
А души ―
Душа за душою ―
Валились в глухие тьмы.
Проступали в туманы
Неясные
Пасти
Чудовищной глубины…
Обнажались
Обманы
И ужасные
Страсти
Выбежавшего на белый свет
Сатаны.
В землетрясениях и пожарах
Разрывались
Старые шары
Планет.
9
По огромной,
По темной
Вселенной,
Шатаясь,
Таскался мир,
Облекаясь,
Как в саван тленный,
В разлагающийся эфир.
Было видно, как два вампира,
С гримасою красных губ,
Волокли по дорогам мира
Забинтованный труп.
10
Нам желтея,
В нас без мысли
Подымаясь, как вопрос, ―
Эти проткнутые ребра,
Перекрученные руки,
Препоясанные чресла ―
В девятнадцатом столетии провисли:
― «Господи,
И это
Был ―
Христос?»
Но это ―
Воскресло…
11
Снова там ―
Терновые
Венцы.
Снова нам ―
Провисли
Мертвецы
Под двумя столбами с перекладиною.
Хриплыми глухими голосами,
Перепутанными волосами,
Остеклелой впадиною
Глаз ―
Угрожая, мертвенные
Мысли
Остро, грозно, мертвенно
Прорезываются в нас.
12
Разбойники
И насильники ―
Мы.
Мы над телом Покойника
Посыпаем пеплом власы
И погашаем
Светильники.
В прежней бездне
Безверия
Мы, ―
Не понимая,
Что именно в эти дни и часы ―
Совершается
Мировая
Мистерия…
13
Мы забыли: ―
Из темных
Расколов
В пещеру, где труп лежал,
С раскаленных,
Огромных
Престолов
Преисподний пламень
Бежал.
Отбросило старый камень;
Сорваны пелены:
Тело,
От почвы оторванное,
Слетело
Сквозь землю
В разъятые глубины.
14
Труп из вне-времени
Лазурей
Пронизанный от темени
До пяты,
Бурей
Вострубленной
Вытянулся от земли до эфира…
И грянуло в ухо
Мира:
― «Сын,
Возлюбленный ―
Ты!»
Пресуществленные божественно
Пелены,
Как порфира,
Расширенная без меры,
Пронизывали мировое пространство,
Выструиваясь из земли.
Пресуществленное невещественно
Тело ―
В пространство
Развеяло атмосферы,
Которые сияюще протекли.
Из пустыни
Вне-времени
Преисполнилось светами
Мировое дно, ―
Как оно ―
Тело
Солнечного Человека,
Сияющее новозаветными летами
И ставшее отныне
И до века ―
Телом земли.
Вспыхнула Вселенной
Голова,
И нетленно
Простертые длани
От Запада до Востока, ―
Как два
Крыла
Орла,
Сияющие издалека.
15
Страна моя
Есть
Могила,
Простершая
Бледный
Крест, ―
В суровые своды
Неба,
И
В неизвестности
Мест.
Обвили убогие
Местности
Бедный,
Убогий Крест ―
В сухие,
Строгие
Колосья хлеба,
Вытарчивающие окрест.
Святое,
Пустое
Место, ―
В святыне
Твои сыны!
Россия,
Ты ныне
Невеста…
Приемли
Весть
Весны…
Земли,
Прордейте
Цветами
И прозеленейте
Березами:
Есть ―
Воскресение…
С нами ―
Спасение…
Исходит огромными розами
Прорастающий Крест!
16
Железнодорожная
Линия…
Красные, зеленые, синие
Огоньки,
И взлетающие
Стрелки, ―
Все, все, все
Сулит
Невозможное…
Твердят
Голосящие
Вдали паровики,
Убегающие
По линии:
«Да здравствует третий
Интернационал».
Мелкий
Дождичек стрекочет
И твердит:
«Третий
Интернационал».
Выкидывает телеграфная лента:
«Интернационал»…
Железнодорожная
Линия,
Убегающая в сети
Туманов ―
Голосит свистками распропагандированного
Паровика,
Про невозможное.
И раскидывает свои блески ―
За ветвями зеленеющего тополя…
Раздаются сухие трески
Револьверных переливов.
17
А из пушечного гула
Сутуло
Просунулась спина
Очкастого, расслабленного
Интеллигента.
Видна, ―
Мохнатая голова,
Произносящая
Негодующие
Слова
О значении
Константинополя
И проливов, ―
В дующие
Пространства
И в сухие трески
Револьверных взрывов…
На мгновение
Водворяется странная
Тишина, ―
В которую произносятся слова
Расслабленного
Интеллигента.
18
Браунинг
Красным хохотом
Разрывается в воздух, ―
Тело окровавленного
Железнодорожника
Падает под грохотом.
Подымают его
Два безбожника
Под забором…
На кого-то напали…
На крик и на слезы ―
Ответствуют паровозы,
Да хором
Поют о братстве народов…
Знамена ответствуют
Лепетом.
И воробьи с пригородных огородов
Приветствуют
Щебетом ―
Падающих покойников.
19
Обороняясь от кого-то,
Заваливает дровами ворота
Весь домовый комитет.
Под железными воротами ―
Кто-то…
Злая, лающая тьма
Прилегла ―
Нападает
Пулеметами
На дома, ―
И на членов домового комитета.
Обнимает
Странными туманами
Тела, ―
Злая, лающая тьма
Нападает
Из вне-времени ―
Пулеметами…
20
Из раздробленного
Темени
С переломленной
Руки ―
Хлещут красными
Фонтанами
Ручьи…
И какое-то ужасное Оно
С мотающимися перекрученными
Руками
И неясными
Пятнами впадин
Глаз ―
Стремительно
Проволокли ―
Точно желтую забинтованную
Палку, ―
Под ослепительный
Алмаз
Стоящего вдали
Автомобиля.
21
Это жалкое, желтое тело
Пятнами впадин
Глаз, ―
Провисая между двух перекладин,
Из тьмы
Вперяется
В нас.
Это жалкое, желтое тело
Проволакиваем:
Мы ―
― В себя: ―
Во тьмы
И в пещеры
Безверия, ―
Не понимая,
Что эта мистерия
Совершается нами ―
― в нас.
Наше жалкое, желтое тело
Пятнами впадин
Глаз, ―
Провисая меж двух перекладин
Из тьмы
Вперяется
В нас.
22
А весть
Прогремела Осанной.
Есть
Странный
Пламень
В пещере безверия, ―
Когда озаряется
Мгла
И от нас
Отваливаются
Тела, ―
Как падающий камень.
23
Россия,
Страна моя ―
Ты ― та самая,
Облеченная солнцем Жена,
К которой
Возносятся
Взоры…
Вижу явственно я:
Россия,
Моя, ―
Богоносица,
Побеждающая Змия…
Народы,
Населяющие Тебя,
Из дыма
Простерли
Длани
В Твои пространства, ―
Преисполненные пения
И огня,
Слетающего Серафима.
И что-то в горле
У меня
Сжимается от умиления.
24
Я знаю: огромная атмосфера
Сиянием
Опускается
На каждого из нас, ―
Перегорающим страданием
Века
Омолнится
Голова
Каждого человека.
И Слово,
Стоящее ныне
По середине
Сердца,
Бурями вострубленной
Весны,
Простерло
Гласящие глубины
Из огненного горла:
― «Сыны
Возлюбленные, ―
Христос Воскрес!»
Анализ стихотворения "Христос воскрес" Андрея Белого
- Общее впечатление
- Стихотворение написано в сложной, многослойной поэтической форме, где физическое и духовное переплетаются. Оно отображает не только христианскую тематику, но и более широкие философские вопросы существования человека.
- Ключевой момент — центральная идея Воскресения, которая может быть истолкована как метафора жизненной силы и преобразования.
- Структура и композиция
- Стихотворение состоит из 24 частей, что придаёт ему структуру многоярусного произведения.
- Каждая часть включает в себя различные образы и символы, чередующиеся с размышлениями и описаниями.
- Темы и мотивы
- Воскресение — основной мотив стихотворения. Воскресение не только как событие в христианстве, но и как символ обновления и надежды.
- Страдание — сильный момент в стихотворении, где страдание Христово описывается с такой интенсивностью, что оно становится универсальным, знакомым каждому читателю.
- Духовное преобразование — прослеживается через упоминания о Боге, Святом Духе и многообразии человеческого существования.
- Язык и стиль
- Используется множество метафор, аллюзий, которые обогащают текст. Язык насыщен эмоциями и образами.
- Есть элементы символизма, где каждое слово может восприниматься как знак, что делает стихотворение многоуровневым и открытым для интерпретации.
- Образы и символы
- Крест — символ жертвы и страдания, также ассоциируется с воскресением и спасением.
- Свет — неоднократно возвращается в текст, символизируя надежду, божественное присутствие и святость.
- Природа — используется для отображения изменений, как внешних, так и внутренних. Природные образы созидают атмосферу весны, обновления.
- Идеи и философские размышления
- Стихотворение поднимает вопросы о природе веры, о связи между человеком и божественным.
- Есть моменты, касающиеся культурного и исторического контекста, которые отсылают к России как к стране с глубокими духовными корнями.
- Заключение
- Стихотворение "Христос воскрес" является сложным произведением, в котором пересекаются множество тем и мотивов, что делает его актуальным для различных интерпретаций.
- Произведение оставляет читателя с чувством надежды и осмысленности, приглашая его к размышлению о большем, чем просто события исторического характера.
