Не позабудьте, как в начале века
Была сложна дорога человека:
Быть иль не быть, вот в чем вопрос!
Он выходил в порфире иль в отрепьях,
То Грозный царь, то неврастеник Треплев,
Сжигал себя и снова рос.
Не позабудьте, что при каждой встрече
Он вспыхнет, сам себе противореча,
Сегодня враг, а завтра друг,
Здесь Бунтовщик, там доктор Даппертутто,
Безудержный, бессонный. И вот тут-то
Он ждет пожатья братских рук.
Ну так всмотритесь в профиль этот острый:
Ни дать ни взять ― волшебник Калиостро
Листает ветхие тома.
Встает отряд полночного дозора,
Дрожат кривые рожи «Ревизора»
И маски «Горя от ума»…
Придет Октябрь. И Всеволод Эмильич
Отвергнет пыль и тлен книгохранилищ
В домах родни и свояков.
И в должный час на площади московской
С ним встретятся Владимир Маяковский,
Сельвинский, Эрдман, Третьяков…
Не для аплодисментов, не для выгод,
Но каждый шаг его, и каждый выход,
И каждый дерзкий взмах руки,
И каждый вольный взлет воображенья
Бьют вольтажом такого напряженья,
Что дергаются дураки.
Столетний сказочник, почти легенда,
Он сваривает крепче автогена
Любую из пройденных вех.
Оборван путь его, не кончен опыт,
А он торопится и нас торопит, ―
Как молод этот человек!
(1974)
Была сложна дорога человека:
Быть иль не быть, вот в чем вопрос!
Он выходил в порфире иль в отрепьях,
То Грозный царь, то неврастеник Треплев,
Сжигал себя и снова рос.
Не позабудьте, что при каждой встрече
Он вспыхнет, сам себе противореча,
Сегодня враг, а завтра друг,
Здесь Бунтовщик, там доктор Даппертутто,
Безудержный, бессонный. И вот тут-то
Он ждет пожатья братских рук.
Ну так всмотритесь в профиль этот острый:
Ни дать ни взять ― волшебник Калиостро
Листает ветхие тома.
Встает отряд полночного дозора,
Дрожат кривые рожи «Ревизора»
И маски «Горя от ума»…
Придет Октябрь. И Всеволод Эмильич
Отвергнет пыль и тлен книгохранилищ
В домах родни и свояков.
И в должный час на площади московской
С ним встретятся Владимир Маяковский,
Сельвинский, Эрдман, Третьяков…
Не для аплодисментов, не для выгод,
Но каждый шаг его, и каждый выход,
И каждый дерзкий взмах руки,
И каждый вольный взлет воображенья
Бьют вольтажом такого напряженья,
Что дергаются дураки.
Столетний сказочник, почти легенда,
Он сваривает крепче автогена
Любую из пройденных вех.
Оборван путь его, не кончен опыт,
А он торопится и нас торопит, ―
Как молод этот человек!
(1974)
Анализ стихотворения П. Г. Антокольского «Мейерхольд»
1. Введение
- Краткая информация о poet и его контексте
- Общее впечатление о стихотворении
2. Тематический анализ
- Поиск смысла жизни
- Первая строчка: «Не позабудьте, как в начале века» - указывает на сложные условия времени
- Представление вопроса «Быть иль не быть» как ключевого момента существования
- Двойственность и противоречие
- Персонаж проходит через трансформации: от царя до Треплева
- Концепция внутреннего конфликта и саморазрушения: «Сжигал себя и снова рос»
- Социальные и исторические контексты
- Локация: «площадь московская» - символизирует общественные движения
- Упоминание великих личностей: Маяковский и другие - продолжение темы литературной и культурной борьбы
3. Характеристика стиля и формы
- Структура стихотворения
- Составное строение, разделенное на четверостишия
- Разнообразие рифмы, что создает ритмичность
- Лексика и стилистические приемы
- Использование контрастов (например, «враг, а завтра друг»)
- Образы и метафоры: «острый профиль», «волшебник Калиостро» - особенности персонажа
- Ирония и сарказм: «Что дергаются дураки» - социальная критика
4. Символизм и образы
- Мейерхольд как символ нового театра и революции в искусстве
- Образ Октября и его влияние на культурный контекст
- Тема вольности и самовыражения как ключевые мотивы
5. Заключение
- Общий вывод о том, что стихотворение отражает духовные и культурные искания эпохи
- Актуальность тем, поднятых в стихотворении, для современности
