Из газет
Мы мчались в ту ночь по Военно-Грузинской дороге.
Шарахались дикие-кошки и рыси от фар.
Шарахались горы, как сказочные недотроги,
И рушились.
Где-то гремел перекат их фанфар.
Но петли подъемов на шины намотаны крепко.
Исчадия тартара сброшены в тартарары.
И Жора-шофер нахлобучил веселую кепку
И остановился на станции против горы,
Воспетой поэтами.
Вид ее так же неистов,
Как в пушкинском веке. Гостиница так же бедна.
Тут мы очутились меж летчиков и альпинистов,
В печальной компании, пившей давно и до дна.
Свирепая водка дымилась в глазах и в стаканах.
Остыл тамада. Не блистал красноречием стол.
И мы разглядели тогда в облаках златотканых,
В зазубринах дикой расселины, в дыме густом
Такую картину:
крылом перебитым повиснув,
Влепился в скалу и истерт в порошок самолет.
Он только что найден. Ущелье в своих ненавистных
Объятьях баюкает кости погибших и ливнями льет.
Шли тучи. Звезд не было. Ночь растянулась.
Но в сфере
Огня керосиновых ламп продолжалась еще
Трагедия.
И, как защитник на смятом бруствере,
Встал кто-то из летчиков, заговорил горячо.
О чем? О стране,, где решаются судьбы столетья.
О бьющей насквозь и навылет ночной быстрине.
О смерти, которая хлещет старинною плетью
По стольким отважным. И снова о нашей стране.
О трассе, проложенной в тучах над острою кручей,
О почте, которую не довезли. О гостях,
Которые завтра пройдут по дороге горючей,
Подняв над героями райисполкомовский стяг.
Товарищи летчики чокались с нами сурово.
И доктор, нехитрый и плотный, как все доктора,
Царивший над пиршеством до половины второго,
Давно уже знал, что давно расходиться пора.
Он встал.
Но, неслышно шагая по смертным увечьям,
Сходились вершины Кавказа на тайный совет.
Ревниво прислушалась пропасть к речам человечьим.
Ее в эту ночь раздражал керосиновый свет.
И скалы, приникшие скулами к стеклам террасы,
Молчали (как это известно по многим стихам).
Молчали, и слушали, и отвергали прикрасы
Любых красноречий.
А пир между тем не стихал.
Но рано иль поздно всё кончилось. Кажется, рано:
Почти на рассвете. Дремоты никто не избег.
Тогда проступил огневой транспарант по экрану ―
Заглавье идущей зари, недоспавший Казбек.
Мы спали вповалку. А утром, подняв ледорубы
И взявши рюкзаки, товарищи наши ушли
К разбитой машине.
Трагедия грянула в трубы
Финала.
И горы склонились до самой земли
Серебряными головами. Любая несла бы
За гробом тиару свою в миллиардах карат.
Любая громовая грудь подхватила бы слабый
Раскат похоронного марша в стократный раскат.
И шли бы за гробом и всею оравой лиловой
Орали бы горы: «Вы жертвою пали в борьбе…»
И шли бы, как братья, и неповторимое слово
Сказали о славе, о летчиках и о себе.
28 июля ― 3 августа 1935
Анализ стихотворения "Ночь в селении Казбек" П. Г. Антокольского
1. Введение
Стихотворение "Ночь в селении Казбек" является одним из ярких произведений П. Г. Антокольского, в котором автор создает неповторимое настроение и атмосферу целой ночи, наполненной трагизмом и героизмом. С 1935 года, когда было написано это стихотворение, оно сохраняет актуальность, отражая темы жизни, смерти и борьбы.
2. Лейтмотив
2.1. Тема полета и гибели
Основная тема стихотворения — гибель летчиков в авиакатастрофе. Разбитый самолет становится символом трагедии, отражая не только физическое разрушение, но и метафорическое падение идеалов.
2.2. Ночь как символ
Ночь в данном контексте может быть воспринята как олицетворение неопределенности и страха. Она создает атмосферу мрачности и безысходности, что подчеркивается отсутствием звезд и темнотой, окутывающей пространство.
3. Композиция
3.1. Структура
Стихотворение состоит из нескольких частей, каждая из которых развивает сюжет и тему. Начиная с путешествия по дороге, до описания трагедии и финальной части отказа от прикрас, Антокольский создает последовательность, погружающую читателя в атмосферу события.
3.2. Переходы и контрасты
Контраст между весельем компании летчиков и трагедией катастрофы подчеркивает абсурдность жизни. Пиршество, наслаждение алкоголем и разговоры о судьбе с одной стороны и реальность гибели — с другой.
4. Образы и символы
4.1. Природа и гора Казбек
Горы, изображения которых пронизывают текст, являются символом вечности и мощи, контрастируя с хрупкостью человеческой жизни. Казбек, величественная гора, утопает в небе и является свидетелем событий.
4.2. Символизирование водки
Водка в стихотворении выступает как символ забвения и попытки справиться с трагедией. В ней также происходит священный акт прощания с погибшими.
5. Язык и стиль
5.1. Поэтические приемы
Антокольский использует много метафор и сравнений, формирования ярких образов. Например, "Исчадия тартара сброшены в тартарары" — выражает идею о относительно падении и невыносимой боли.
5.2. Ритм и музыкальность
Стихотворение имеет ритмическую последовательность, что создает мелодичность текста и соответствует губительной природе событий, о которых говорится в нем.
6. Заключение
Стихотворение "Ночь в селении Казбек" погружает читателя в трагедию, отражает сложные чувства и переживания, связанные с жизнью и смертью. Антокольский проводит параллель между красотой природы и жестокой реальностью, создавая глубокое, многослойное произведение, навсегда оставляющее след в сердцах читателей.
