― Колдунья, мне странно так видеть тебя.
Мне люди твердили, что ты
Живешь ― беспощадно живое губя,
Что старые страшны черты:
Ты смотришь так нежно, ты манишь, любя,
И вся ты полна красоты. ―
«Кто так говорил, может, был он и прав:
Жила я не годы, ― всегда.
И много безумцев, свой ум потеряв,
Узнали все пытки, ― о, да!
Но я как цветок расцветаю меж трав,
И я навсегда ― молода».
― Колдунья, Колдунья, твой взор так глубок,
Я вижу столетья в зрачках.
Но ты мне желанна. Твой зыбкий намек
В душе пробуждает не страх.
Дай счастье с тобой хоть на малый мне срок,
А там ― пусть терзаюсь в веках. ―
«Вот это откроет блаженство для нас,
Такие слова я люблю,
И если ты будешь бессмертным в наш час,
Я счастие наше продлю.
Но, если увижу, что взор твой погас,
Я тотчас тебя утоплю».
Я слился с Колдуньей, всегда молодой,
С ней счастлив был счастьем богов.
Часы ли, века ли прошли чередой?
Не знаю, я в бездне был снов.
Но как рассказать мне о сладости той?
Не в силах. Нет власти. Нет слов.
― Колдунья, Колдунья, ты ярко-светла,
Но видишь, я светел, как ты.
Мне ведомы таинства Блага и Зла,
Не знаю лишь тайн Красоты.
Скажи мне, как ткани свои ты сплела,
И как ты зажгла в них цветы? ―
Колдунья взглянула так страшно-светло.
«Гляди в этот полный стакан».
И что-то, как будто, пред нами прошло,
Прозрачный и быстрый туман.
Вино золотое картины зажгло,
Правдивый возник в нем обман.
Как в зеркале мертвом, в стакане вина
Возник упоительный зал.
Колдунья была в нем так четко видна,
На ткани весь мир оживал.
Сидела она за станком у окна,
Узор за узором вставал.
Не знаю, что было мне страшного в том,
Но только я вдруг побледнел.
И страшно хотелось войти мне в тот дом,
Где зал этот пышный блестел.
И быть как Колдунья, за странным станком,
И тот же изведать удел.
Узор за узором живой Красоты
Менялся все снова и вновь.
Слагались, горели, качались цветы,
Был страх в них, была в них любовь.
И между мгновеньями в ткань с высоты
Пурпурная падала кровь.
И вдруг я увидел в том светлом вине,
Что в зале ковры по стенам.
Они изменялись, почудилось мне,
Подобно причудливым снам.
И жизнь всем владела на левой стене.
Мир справа был дан мертвецам.
Но что это, что там за сон бытия?
Войною захваченный стан.
Я думал, и мысль задрожала моя,
Рой смертных был Гибели дан.
Там были и звери, и люди, и я! ―
И я опрокинул стакан.
Что сделал потом я? Что думал тогда?
Что было, что стало со мной?
Об этом не знать никому никогда
Во всей этой жизни земной.
Колдунья, как прежде, всегда ― молода,
И разум мой ― вечно с весной.
Колдунья, Колдунья, раскрыл твой обман
Мне страшную тайну твою.
И красные ткани средь призрачных стран
Сплетая, узоры я вью.
И весело полный шипящий стакан
За жизнь, за Колдунью я пью!
1903?
Мне люди твердили, что ты
Живешь ― беспощадно живое губя,
Что старые страшны черты:
Ты смотришь так нежно, ты манишь, любя,
И вся ты полна красоты. ―
«Кто так говорил, может, был он и прав:
Жила я не годы, ― всегда.
И много безумцев, свой ум потеряв,
Узнали все пытки, ― о, да!
Но я как цветок расцветаю меж трав,
И я навсегда ― молода».
― Колдунья, Колдунья, твой взор так глубок,
Я вижу столетья в зрачках.
Но ты мне желанна. Твой зыбкий намек
В душе пробуждает не страх.
Дай счастье с тобой хоть на малый мне срок,
А там ― пусть терзаюсь в веках. ―
«Вот это откроет блаженство для нас,
Такие слова я люблю,
И если ты будешь бессмертным в наш час,
Я счастие наше продлю.
Но, если увижу, что взор твой погас,
Я тотчас тебя утоплю».
Я слился с Колдуньей, всегда молодой,
С ней счастлив был счастьем богов.
Часы ли, века ли прошли чередой?
Не знаю, я в бездне был снов.
Но как рассказать мне о сладости той?
Не в силах. Нет власти. Нет слов.
― Колдунья, Колдунья, ты ярко-светла,
Но видишь, я светел, как ты.
Мне ведомы таинства Блага и Зла,
Не знаю лишь тайн Красоты.
Скажи мне, как ткани свои ты сплела,
И как ты зажгла в них цветы? ―
Колдунья взглянула так страшно-светло.
«Гляди в этот полный стакан».
И что-то, как будто, пред нами прошло,
Прозрачный и быстрый туман.
Вино золотое картины зажгло,
Правдивый возник в нем обман.
Как в зеркале мертвом, в стакане вина
Возник упоительный зал.
Колдунья была в нем так четко видна,
На ткани весь мир оживал.
Сидела она за станком у окна,
Узор за узором вставал.
Не знаю, что было мне страшного в том,
Но только я вдруг побледнел.
И страшно хотелось войти мне в тот дом,
Где зал этот пышный блестел.
И быть как Колдунья, за странным станком,
И тот же изведать удел.
Узор за узором живой Красоты
Менялся все снова и вновь.
Слагались, горели, качались цветы,
Был страх в них, была в них любовь.
И между мгновеньями в ткань с высоты
Пурпурная падала кровь.
И вдруг я увидел в том светлом вине,
Что в зале ковры по стенам.
Они изменялись, почудилось мне,
Подобно причудливым снам.
И жизнь всем владела на левой стене.
Мир справа был дан мертвецам.
Но что это, что там за сон бытия?
Войною захваченный стан.
Я думал, и мысль задрожала моя,
Рой смертных был Гибели дан.
Там были и звери, и люди, и я! ―
И я опрокинул стакан.
Что сделал потом я? Что думал тогда?
Что было, что стало со мной?
Об этом не знать никому никогда
Во всей этой жизни земной.
Колдунья, как прежде, всегда ― молода,
И разум мой ― вечно с весной.
Колдунья, Колдунья, раскрыл твой обман
Мне страшную тайну твою.
И красные ткани средь призрачных стран
Сплетая, узоры я вью.
И весело полный шипящий стакан
За жизнь, за Колдунью я пью!
1903?
Анализ стихотворения К. Д. Бальмонта «Колдунья»
- Основная тематика
- Тема любви и красоты: Основной лейтмотив стихотворения — это влечение к колдунье, которая олицетворяет загадочную и недосягаемую красоту.
- Тема бессмертия: Обсуждается вопрос о вечной молодости колдуньи и неизменности ее привлекательности.
- Тема трансформации: Упоминаются изменения, как в природе, так и в душе человека, который вступает в контакт с колдуньей.
- Структура стихотворения
- Куплетная форма: Стихотворение состоит из нескольких куплетов, что придает ему музыкальность и ритм.
- Диалогическая форма: Структура включает диалог между лирическим героем и колдуньей, что позволяет глубже раскрыть конфликт.
- Композиция
- Введение: Лирический герой обращается к колдунье, выражая удивление и восхищение.
- Развитие: Колдунья отвечает, рассказывая о своей сущности и вечной молодости.
- Кульминация: Образ зала и стакана с вином, где начинается визуальный и эмоциональный конфликт.
- Заключение: Лирический герой осознает природу колдуньи и ее обман, но продолжает восхищаться ею.
- Художественные средства
- Метафоры: Использование образных выражений создает атмосферу мистики и непостижимости.
- Символика: Колдунья символизирует недосягаемую красоту и вечность, а стакан с вином — иллюзию счастья и самоосознания.
- Повторы: частое использование слов и фраз усиливает впечатление от текста и подчеркивает эмоциональную нагрузку.
- Персонажи
- Лирический герой: Представлен как искатель, который очарован колдуньей и стремится постичь тайны жизни и восторга.
- Колдунья: Многослойный образ загадочной женщины, олицетворяющей вечную молодость, красоту и опасность.
- Эмоциональная тональность
- Ощущение восторга и восхищения: При первом встрече с колдуньей.
- Беспокойство и страх: По мере углубления в таинственный мир колдуньи.
- Разочарование: Осознание обмана и иллюзий в конце стихотворения.
- Философские размышления
- Существование и бессмертие: Стираются границы между жизнью и смертью.
- Поиск смысла: Стремление узнать «тайну Красоты» и ее смысл.
- Жизнь как театр: Описанный зал в стакане напоминает о жизни как о мимолетном представлении.
