ВЫКЛАДКА ЖИЗНИ БЕСТАЛАННОГО ВОРВАБА1
При бреге Котросли глубокой,
Там ― близко, где, как бы устав,
Она, в стезе своей широкой
Услуги многи показав,
В тени стражниц златовершинных,
В средине стен высоких, длинных,
Для расцветающих искусств,
Для вкуса, разума и чувств
Ложится в лоно Волги славной
На дне песчаном отдыхать
Иль купно с ней стопою равной
Стремится дале утекать, ―
Там ― Ворбаб в мрачности родился,
Там он увидел первый день;
Без славы цвел ― играл, резвился;
Его дни крыла тиха тень;
Там сном его летела младость;
Там он невинну пил лишь радость.
Лишь волжский берег девять раз
Мелькнул во злаке мимо глаз,
Судьба велела удаляться;
Как горько с родиной расстаться!
Мой друг! ― позволь мне повторить!
Позволь сквозь слезы пошутить!
Прости, прости, священна Нера! 2
Мала твоей воды мне мера.
Чуть начал ум мой расцветать,
Я стал иной воды жажда́ть;
Я с божеством стихов столкнулся,
С Эвтерпой миленькой смигнулся;
Чтоб сделать ливером умов,
Она меня из рук кормила,
Водой Смородины1 поила,
Давала тук чужих голов.
Лишь мыслей утро рассветало,
Другое пламя запылало
И страсти начали бродить;
За счастьем к Бельту ну катить!
Но там ― мог счастья тыл схватить,
Спешил к брегам Эвксинским черным;
Не там ли счастье, мнил, живет;
Слетал туда ― и тамо нет;
Весь прок нашел в Пегасе верном.
Он был послушен мне ― я сел;
Хоть не всегда ― я с ним летел,
И что на ум взошло ― я пел;
С зарею часто восставая,
За туалетом муз сидел,
А в тихий вечер, унывая,
Я на луну зевал, смотрел;
Когда варганными крылами
Кузнечик марш бил меж цветами,
Я славу ночи пел стихами.
Но всё то ― чувств неверный шквал,
Пружина лишь души незрелой,
Сей самобытности неспелой;
А к зрелости ― весь век мой мал;
Он мал ― и поскакал поспешно,
Ах! ― так ползет в гроб жизнь моя,
Как в Волгу Котросли струя.
Что ж в жизни прочно? Что успешно?
Почту ли юны дни зарей?
Там чувства то ж, что сумрак дней;
Почту ли полднем средни лета?
Там рдеет страсть ― луч гаснет света;
Почту ли вечером век поздный,
Там всё потерпит жребий грозный;
Там чувство, ― страсть, ― ум ― всё падет.
Знать, вся лишь жизнь ― еще рассвет,
А полдня истинного нет.
О небо! ― там уже доспею;
Там ― в важной вечности ― созрею…
Между 1801 и 1804
При бреге Котросли глубокой,
Там ― близко, где, как бы устав,
Она, в стезе своей широкой
Услуги многи показав,
В тени стражниц златовершинных,
В средине стен высоких, длинных,
Для расцветающих искусств,
Для вкуса, разума и чувств
Ложится в лоно Волги славной
На дне песчаном отдыхать
Иль купно с ней стопою равной
Стремится дале утекать, ―
Там ― Ворбаб в мрачности родился,
Там он увидел первый день;
Без славы цвел ― играл, резвился;
Его дни крыла тиха тень;
Там сном его летела младость;
Там он невинну пил лишь радость.
Лишь волжский берег девять раз
Мелькнул во злаке мимо глаз,
Судьба велела удаляться;
Как горько с родиной расстаться!
Мой друг! ― позволь мне повторить!
Позволь сквозь слезы пошутить!
Прости, прости, священна Нера! 2
Мала твоей воды мне мера.
Чуть начал ум мой расцветать,
Я стал иной воды жажда́ть;
Я с божеством стихов столкнулся,
С Эвтерпой миленькой смигнулся;
Чтоб сделать ливером умов,
Она меня из рук кормила,
Водой Смородины1 поила,
Давала тук чужих голов.
Лишь мыслей утро рассветало,
Другое пламя запылало
И страсти начали бродить;
За счастьем к Бельту ну катить!
Но там ― мог счастья тыл схватить,
Спешил к брегам Эвксинским черным;
Не там ли счастье, мнил, живет;
Слетал туда ― и тамо нет;
Весь прок нашел в Пегасе верном.
Он был послушен мне ― я сел;
Хоть не всегда ― я с ним летел,
И что на ум взошло ― я пел;
С зарею часто восставая,
За туалетом муз сидел,
А в тихий вечер, унывая,
Я на луну зевал, смотрел;
Когда варганными крылами
Кузнечик марш бил меж цветами,
Я славу ночи пел стихами.
Но всё то ― чувств неверный шквал,
Пружина лишь души незрелой,
Сей самобытности неспелой;
А к зрелости ― весь век мой мал;
Он мал ― и поскакал поспешно,
Ах! ― так ползет в гроб жизнь моя,
Как в Волгу Котросли струя.
Что ж в жизни прочно? Что успешно?
Почту ли юны дни зарей?
Там чувства то ж, что сумрак дней;
Почту ли полднем средни лета?
Там рдеет страсть ― луч гаснет света;
Почту ли вечером век поздный,
Там всё потерпит жребий грозный;
Там чувство, ― страсть, ― ум ― всё падет.
Знать, вся лишь жизнь ― еще рассвет,
А полдня истинного нет.
О небо! ― там уже доспею;
Там ― в важной вечности ― созрею…
Между 1801 и 1804
Анализ стихотворения "Выкладка жизни бесталанного Ворваба" С. С. Боброва
- Общие сведения
- Автор: Бобров С. С.
- Год написания: между 1801 и 1804 годами
- Тематика: Жизнь, судьба, талант, самосознание
- Структура стихотворения
- Стихотворение состоит из нескольких строф, каждая из которых раскрывает различные аспекты жизни Ворваба.
- Строфы имеют рифмовку и ритмическую структуру, что придаёт тексту мелодичность.
- Основные образы и символы
- Ворбаб - главный герой, символизирующий бесталанного человека, страдающего от недостатка признания.
- Котросль и Волга - природные элементы, которые олицетворяют родину, воспоминания о детстве и ностальгию.
- Эвтерпа - муза поэзии, представляющая стремление Ворваба к искусству и вдохновению.
- Пегас - мифическая сущность, олицетворяющая поэтический дар и стремление к власти мыслей.
- Тематика
- Самоидентификация - размышления о месте человека в мире искусства и жизни.
- Тоска по родине - чувства утраты и ностальгии при расставании с родными местами.
- Искусство vs. жизнь - контраст между стремлением к искусству и опытом обыденной жизни.
- Ключевые мотивы
- Ностальгия - тоска по беззаботной молодости и родной земле.
- Неопределенность - непостоянство судьбы и сложные пути поиска своего призвания.
- Стремление к развитию - желание достичь зрелости и понимания, как в искусстве, так и в жизни.
- Язык и стиль
- Использование образного языка, много метафор и сравнений.
- Архаичная лексика и поэтический стиль создают атмосферу романтизма.
- Ритмическое разнообразие - преобладание ямбического размера придаёт стихотворению динамику.
- Центральная идея
- Стихотворение поднимает вопрос о смысле жизни и творческого существования, исследуя конфликт между внутренним миром человека и внешней реальностью.
- Идея о том, что каждый человек вокруг себя может чувствовать недовольство своей судьбой, но необходимо стремиться к самосовершенствованию.
